Последние, заказ билетов.

Последние:

Московский театр Гоголя давно не входит в число ньюсмейкеров от культуры. На первой премьере в новом, только что после долгого ремонта, зале было как-то не по-праздничному тихо и малолюдно: амфитеатр практически пустовал, а партер заполняли вездесущие театральные старушки и школьники, которых привели на внеклассного Горького для расширения кругозора. А посмотреть между тем там было на что. Например, на великолепные декорации. При первом взгляде на открытые, не спрятанные занавесом подмостки у зрителя невольно вырывается удивленно-восторженное "ах". Художник Елена Качелаева изобразила на сцене мир на пороге катастрофы, который вот-вот снесет поднявшимся вихрем революции. Вся мебель в доме полицмейстера Ивана Коломийцева, где происходит действие пьесы, угрожающе покосилась, накренилась, будто от невиданной силы порыва ветра, а над нею, подхваченные этим ураганом, летят, будто шагаловские влюбленные, гигантские пальто. Страна тронулась с места, людей унесло и раскидало смерчем исторической катастрофы, а последние оставшиеся на земле судорожно цепляются за привычную жизнь, за домашний уклад, за семью, которая кажется им последней опорой в этом хаосе.

Чеховские мотивы пьесы в этом спектакле проявляются особенно ярко. К героям, изображенным Горьким жестко и безжалостно, без всякого романтического флера, режиссер и актеры относятся с явной симпатией. А финальное выстраданное, вырванное отчаяньем заявление Софьи, что плохие, нечестные люди вообще не должны иметь детей, выглядят прямо-таки революционно. Перпендикулярно нынешнему курсу “плодитесь и размножайтесь”.

”Коммерсант”